Сельский киномеханик знает то, чего не знает министр

6 июня в редакции газеты «Московский комсомолец» прошла пресс-конференция, посвященная проблеме, которая в последнее время повергла киносообщество в шок. Министерство культуры РФ разрабатывает проект о повышении стоимости прокатного удостоверения для выходящих на наши экраны фильмов до 5 миллионов рублей. В дискуссии принимали участие: культуролог, президент Гильдии киноведов и кинокритиков РФ Кирилл Разлогов, председатель КиноСоюза, кинорежиссер Андрей Прошкин, продюсер Роман Борисевич и представители кинопроката.

фото: Наталия Губернаторова

Роман Борисевич, Кирилл Разлогов и Андрей Прошкин в редакции «МК».

Раньше, для того чтобы выйти в прокат, нужно было заплатить 3500 руб., а теперь в разы больше. Таким образом Минкульт намерен избавиться «от грязи» в прокате. Кинематографисты считают, что подобная мера приведет к тому, что независимое и авторское кино будут потеряны для российского проката. Какова будет буферная подушка, которую предполагается создать для отечественного производителя, пока неясно. Защитить от сборов (поборов) фестивальное и российское кино призовут Фонд кино. Он-то и должен компенсировать ставшие притчей во языцех 5 млн, правда, не всем. Только самым достойным, тем, кто произвел наиболее высокохудожественные произведения. Эту сумму возместят в порядке проведения конкурса — на получение господдержки в прокате. И тут возникает вопрос: «А судьи кто?» Предполагается провести обсуждение нового законопроекта до 2018 года.

Мы приглашали к участию в разговоре главу кинодепартамента Минкульта Вячеслава Тельнова, но он отказался, сославшись на бессмысленность обсуждения того, чего пока нет. Вот когда появится информация на официальном сайте культурного ведомства, тогда, мол, и поговорим. Но ведь будет поздно. Мнение кинематографистов опять никого не волнует, если это не лидеры отечественного кино, которых опять-таки определяет министерство по итогам успешности их деятельности. А успех у нас измеряется исключительно доходами в прокате.

Казалось бы, в министерских умах зародилась вполне благородная идея — очистить прокат от зарубежного хлама, который действительно есть. Люди стараются, но получается как всегда. Собравшиеся говорили о тех, кто принимает подобные решения, как о людях, абсолютно не понимающих суть того, как функционирует кино. Они не думают о зрителе и его интересах. А зрителю важно, чтобы был разнообразный репертуар и фильмы показывались бы применительно к специфике его региона. Придуманная схема — гроб для кинематографа. К примеру, как работать компаниям, приезжающим на рынок, если они не знают, сочтет ли комиссия Минкульта или Фонда кино их приобретение достаточно высокохудожественным. Андрей Прошкин говорил о том, что в министерстве оторвались от реальности, забыли о том, что существуют на свете взрослые люди, которым интересно другое кино, не только блокбастеры. Почему нужно вымывать картины, у которых есть, пусть и небольшая, аудитория.

Свою точку зрения заочно высказали якутские кинематографисты и их коллеги из Татарстана. Они подчеркнули в своих обращениях, что в министерстве забывают о том, что кино в России существует не только в столицах, оно есть в регионах. Якутский режиссер Степан Бурнашев справедливо заметил: «Если кино снимается в России, то зачем с нас брать такую дань? Зачем тогда говорить вообще о поддержке российского кино? Говорите о поддержке топовых продюсеров и кинокомпаний, но не приплетайте всю страну».

Представитель кинопроката Михаил Додзин привел цифры. В прошлом году российский прокат собрал примерно 52 млрд рублей, из них 50 млрд приходится на 60–80 блокбастеров, которые прокатывают 6–7 ведущих компаний. На долю другого кино выпадает от силы четыре процента сеансов. В эти два миллиарда входит российское независимое, фестивальное кино, обладатели «Оскара» и так называемое плохое американское кино, о котором якобы так пекутся в министерстве. Если все это убить, то освободится четыре процента сеансов, и они не способны изменить ситуацию в прокате. Независимые компании, выпускающие 15–16 картин в год, не могут взять да и заморозить 90 млн рублей, даже если их пообещают вернуть. Прокатчик покупает фильм сегодня, как может он год ждать, что по решению доброго дяди ему эти деньги вернут. Итог неутешительный: все независимые компании в тот же день, когда министерское решение будет принято, прекратят свое существование. Как только это случится, останется семь игроков (четыре голливудских представительства и наши компании, прокатывающие только свое кино). И все! Остается шанс примерно у 15 российских картин попасть в кинотеатры. Остальным никогда этого счастья не видать. Таким будет результат «поддержки» отечественного кино. Прокат российских картин прекратится, и не имеет никакого значения, будут они платить 5 млн или нет. Соответственно, и все фестивальное кино исчезнет, а заодно и независимое голливудское — плохое или хорошее. В министерстве, по мнению наших спикеров, не понимают, что независимое кино и арт-хаус прокатывать чрезвычайно тяжело. Любая покупка фильмов Озона или Вуди Аллена рискованна и без всяких 5 млн. А уж 5 млн за картину сразу поставят крест на их существовании. В России около тысячи кинотеатров с одним-тремя кинозалами, и в такие города никогда не попадает независимое кино. Там идет борьба только между двумя ключевыми картинами текущей недели: получат «Пираты Карибского моря» три или только два зала, а третий уйдет «Спасателям Малибу». Реальность такова, что вся наша страна, за исключением Москвы, Петербурга и еще нескольких крупных городов, — место, где гуляет Голливуд. И надо понимать, что безболезненно можно заплатить 5 млн только за картину, собирающую в прокате минимум 200 млн.

Каковы последствия реформы для всего кинематографа? После такой инициативы, если она проживет 2–3 года, понадобится четверть века на восстановление. Кирилл Разлогов уверен, что любой сельский киномеханик знает, к чему это приведет. А Минкульт меж тем опирается на мнение людей, которые могут извлечь из нововведений сиюминутную выгоду, хотя то, что плохо для кинопроцесса, плохо для всех. Не спасется никто. Что делать в подобной ситуации? Есть только один человек, способный ее разрешить. Это президент страны. К нему и надо идти с челобитной. В нормальной ситуации, по словам Андрея Прошкина, Министерство культуры выступает лоббистом, защищает интересы кинематографистов. А нам приходится пробиваться в правительство, к президенту, чтобы защитить киноотрасль от профильного министерства. Логика у него такая: убей американский фильм любой ценой, тогда его место займет твой фильм.

Смотрите видео по теме:
«Российское кино в опасности: прокатное удостоверение подорожает в 1500 раз»

03:24

Источник